Книга чешского писателя. Лео Перуц.
|
|
|
Страница 2 из 271 -- Если ты болен от голода, так возьми ножик, наточи его да зарежься! -- посоветовал Екеле. Потом он снял с плеча скрипку и начал наигрывать. Но сколько он ни играл, дочка сапожника не выходила. Наконец Екеле повесил скрипку на плечо, перешел через улицу и робко заглянул в окошко. В комнате было темно и пусто, но в печке слабо светились уголья, и Екеле увидел сапожника и его жену, сидевших на низкой скамейке в углу. Они тихо пели погребальную молитву по своей Блюмочке, которую схоронили за день до того. -- Она умерла, -- прошептал Екеле. -- И сапожник теперь свалился с неба на жесткую землю... Я все бы отдал, чтобы она жила, но у меня ничего нет. Она была еще совсем крошка, но мне казалось -- весь мир сияет в ее глазах. Пять лет было ей, и вот она должна жевать холодную глину... -- Если смерть приходит на рынок, то она покупает все, -- проворчал Коппель-Медведь. -- Никто ей не мал, ничто не уйдет от нее! Отойдя от окна, они тихо зашептали слова из псалма царя Давида: -- Ныне, когда ты покоишься под сенью Всемогущего, тебя не может коснуться никакая скорбь. Ибо Он повелевает духами небесными, и они сопровождают тебя на пути твоем, и они понесут тебя на руках своих, чтобы ты не споткнулся о камень... Наступила полночь. На небе между темных дождевых облаков проглядывала бледная луна. Так тихо было на улицах, что с реки доносился плеск воды, а ведь до Влтавы от кладбища было не близко. Боязливо, с таким чувством, будто то, что они собирались делать, было против воли Божией, вошли они через узкую калитку в сад мертвых.
|